Живые камни. Маня Ходак

Наша студия в Иерусалиме представляет проект «Живые камни». В небольших фильмах люди, пережившие ужас Холокоста, делятся с Тамарой Нерсесян своими историями. В этом выпуске Маня Ходак рассказывает, что до войны отец был сапожником в артели, а мать была домохозяйкой. Эвакуация началось с того, что отца забрали в декабре 1941 года на фронт, мать осталась с 3 детьми одна, и они жили очень тяжело ,пока не уехали. Они шли пешком, потом их нагнали солдаты и дали им повозку и лошадей. Они приехали в Махачкалу, а оттуда на пароме в Красноводск, а потом поездом в Ленинобад.

В эвакуации Маня работала вместе с мамой уборщицей, а также училась по вечерам в педагогическом училище. Она помнит, как их по пути бомбили — ей до сих пор страшно это вспоминать, как скот и люди лежали вокруг убитыми и ранеными. В Узбекистане отношение к эвакуированным было разным — и плохим, и хорошим. Отец был на фронте, а в 1944 году войска шли на Румынию, отец был на вокзале на костылях, а Маня его увидела — позвала его. Он остался с семьей, раненый.

В эвакуации с ними были племянники, все они жили во дворе для покойников, как принято у бухарских евреев. Жили все вместе и вернулись вместе в Одессу — война еще не кончилась. Она услышала, как военные стали стрелять в воздух — это была Победа. Маня помнит, как они с подругой ходили в госпиталь, она и другие ее ровесницы помогали раненым, кормили их, успокаивали.

После войны Маня работала на железной дороге, потом в отделе кадров, вышла за военного, они уехали жить на Курилы, на Сахалин. Первый ее муж погиб, и Маня вышла замуж в 1974 году второй раз и прожила с ним 40 с лишним лет — он умер уже в Израиле. Они уехали, так как это же родина всех евреев. Ей тут очень нравится — ей дали жилье, пенсию, государство помогает всем, чем может.

Вы можете поделиться этой публикацией в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Телеканал «Улыбка ребёнка». Кинопремьеры