Наум Керпилевич

Наша студия в Иерусалиме представляет проект «Живые камни». В небольших фильмах люди, пережившие ужас Холокоста, делятся с Тамарой Нерсесян своими историями. В этом выпуске Наум Керпилевич рассказывает, что до войны он с родителями жил в Бершади в Винницкой области. Это было еврейское местечко, отец работал на пивоваренном заводе, мать была домохозяйкой, в семье было 2 детей и бабушка. Отец повел Наума записываться в школу, ему было 8 лет, но началась война. Уже 28 июля 1941 года к ним пришли оккупанты — немцы, итальянцы, венгру, румыны, но евреев они особо не трогали. Потом Бершадь вошла в округ между Бугом и Днестром, которую Гитлер подарил Антонеску. Это и спасло евреев — так как румыны не уничтожали евреев, как немцы, но они выгнали евреев со своих территорий — и пригнали в гетто. Осенью огромную толпу евреев пригнали в Бершадь — вместо 4 тыс. человек в местечке стало 22 тыс евреев.

В семье Наума жила семья евреев из Бухареста, жена там была румынкой, а не еврейкой, и власти предлагали ее отпустить, но она ушла с семьей. Люди, которых пригнали, как и большинство местных, не имели запасов еды. Зима была тяжелой и очень лютой, все умирали от голода и холода — к весне осталось всего 10 тыс. человек в их гетто. При этом именно гетто в Бершади считалось самым большим на Украине до этого. Наум опубликовал свои воспоминания о жизни в гетто, где он рассказал о человеке, которому разрешали хоронить умерших на еврейском кладбище.

Массовых убийств не было, но были единичные моменты — все это видел сам Наум. Однажды собрали вместе коммунистов и евреев, вызывали по одному и убивали, все это не глазах у местных. Гетто было окружено колючей проволокой, жили они впроголодь. Некоторые украинцы помогали, у мамы была подруга, которая приходила и старалась пронести еды. Румынские солдаты любили брать взятки — за сигареты Наума выпускали и он мог найти что-то из еды, хлеба.

Несмотря на все трудности, в Бершади была подпольная организация. Они приходили и собирались по ночам, брали у местных вещи и деньги для партизан. Был радиоприемник, по которому тайно слушали передачи от партизан. В гетто знали, что Красная армия разгромила немцев сначала под Курском, а потом и под Москвой. Отец был старше матери — ей было 32 года, а ему — 47 лет, здоровье было не очень, но его сразу призвали в армию. Но после медкомиссии его не взяли, и всю войну он был с семьей, что было подмогой матери, которая работать стала только после его смерти.

Список тех, кто помогал партизанам, был спрятан у одной местной женщины. В последние месяцы существования гетто у них были не только румыны, но и немцы, которые узнали, что есть те, кто помогает подпольщикам. Румыны отказывались устраивать акцию уничтожения, что требовали немцы. Женщина не сказала, где список, а ее ребенок испугался, когда ее пытали, и выдал. Забрали 150 человек и расстреляли, потом еще людей, отец тоже ждал, что придут. Мать уговаривала его бежать, а он не ушел, ведь тогда могла пострадать семья. Однажды ночью пришли власовцы. Отца забрали, держали 3 дня. Науму дали пачку сигарет, он дал ее румынам, которые пустили его к отцу. На следующий день передач для пленных не принимали, поставили ограду, все увидел, что заключенных с лопатами в руках построили и увели куда-то. Ночью их заставили вырыть ямы и расстреляли. А через несколько дней все удрали, так как рядом была советская армия,  и власть румынов и немцев кончилась.

После смерти отца мать стала работать на любой работе, ведь надо было кормить детей и бабушку. Наум пошел в школу, его учили дома, так что надеялся поступить в 4 класс, а его взяли в 1й, но потом перевели в 3й. В школу он ходил мимо райкома партии, где обозначали линию фронта. Увидев, что она уже в Польше, все стл и ждать окончания войны. Уже 8 мая вечером началась радость, что скоро Победа, и на следующий день объявили об окончании войны.

В 1949 году Наум закончил украинскую школу с отличием. Он поступил без экзаменов в технику в Херсоне, так как там жила тетя, у которой он мог жить. После него он уехал в Днепропетровск на работу, в 21 год его взяли в армию, где он служил 3 года. Вернулся работать в Днепропетровск на свой же участок, поступил за заочный в институт, через пару лет женился и завел семью. Там он жил до переезда в Израиль — 44 года. Дочка Наума была замужем и с сыном, родители мужа уехали по идеологии в Израиль, и муж тоже хотел -в итоге они уехали. Наум не особенно хотел, но в итоге через год и они репатриироваться, они с женой стали растить внука, который сейчас уже вырос. Постепенно Наум понял, что это именно то место, где он должен жить. Он узнал, что есть организация для бывших малолетних узников и жертв Холокоста, он вступил в нее, постепенно она разрослась и были созданы филиалы в разных городов, сделали и в Нетании. Изначально он думал, что будет не более 100 человек — а их было 350, но постепенно их становится все меньше, ведь узников гетто и концлагерей молодых не бывает. Эта работа помогает ему существовать в жизни.

Вы можете поделиться этой публикацией в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Телеканал «Улыбка ребёнка». Кинопремьеры